Тайная жизнь Жены художника.
ссылка на источник

Гала Дали, Галина Дьяконова - женщина с удивительной судьбой Почему женщина, родившаяся в заснеженной России, стала музой, мистическим образом вдохновлявшей гения сюрреализма Сальвадора Дали?

Дали безусловно, гений.....но вспомните его музу....За каждым великим мужчиной стояла великая женщина......для Дали таковой была Гала, русская женщина, не красавица, но Дали боготворил её, вспомните его женские образы - это везде Гала.
Галина Дьяконова была загадочной и противоречивой фигурой, но не было у Сальвадора Дали более преданного друга и помощника, чем она. Не случайно после ее смерти художник впал в глубочайшую депрессию и потерял интерес к живописи. Вместе они прожили долгую и захватывающую жизнь - с 1929 года, когда познакомились в Каталонии, до 1982 года, когда Гала покинула этот мир. В сентябре 1929 года в поселок Кадакес, в нескольких километрах от Порт-Льигата, где тогда жил Дали, приехал французский поэт Поль Элюар со своей русской женой Еленой Дьяконовой — Гала, как называли ее еще в России. Первая же встреча 25-летнего Сальвадора с 36-летней Галой был как удар молнии. Дали мгновенно и страстно влюбился в нее. И она, пораженная молодым художником, не раздумывая, осталась в Кадакесе.

Художник потрясен: облик Галы неожиданно совпал с образом той неведомой русской девочки, которая так часто виделась ему во сне, и с придуманным идеалом "элегантной женщины", которую он вечно искал вокруг и вот, наконец, встретил. Дали было наплевать на реальность, в его воображении все уже решилось: отныне Гала принадлежит ему одному. Она выглядела моложе своих лет, у нее была гладкая кожа, сильная спина, маленькая грудь, осиная талия и пружинистая походка.

Дело было не в ее внешности. Тут было что-то другое. До Сальвадора едва ли доходит то, что вместе с Гала находятся ее муж и дочь Сесиль. Неотесанный и страстный испанец нисколько не сомневается в том, что она ответит ему взаимностью. Дали терзается другим: в свои двадцать пять лет он девственник. Хуже того, сам художник убежден, что он не мужчина.

Сначала Дали был поражен красотой Галы и разражался смущенным истерическим хихиканьем, когда они разговаривали. Он не знал, как вести себя при ней, хотя в тайне признавал, что она его возбуждала. В свою очередь, Галу смущал этот напряженный молодой человек и его озабоченность мастурбацией и кастрацией. Когда Поль Элюар вернулся один в Париж, Дали и Гала нашли выход из сложившейся проблематичной ситуации в сексе. "Первый поцелуй, - писал Дали позже, - когда столкнулись наши зубы и переплелись наши языки, был лишь началом того голода, который заставил нас кусать и грызть друг друга до самой сути нашего бытия".
Сразу ли она распознала в нем гениального художника? Трудно сказать: едва ли тогда хоть кто-нибудь мог поручиться за его будущее. Но Гала с ее дьявольской интуицией сразу угадала в Дали незаурядную личность. Отныне цель ее жизни в том, чтобы эту личность выпестовать. В деревеньке Кадакес ее, одетую каталонской рыбачкой, принимают за свою. Кто бы мог подумать, что на самом деле она родом из Москвы и ее настоящее имя - Елена Дмитриевна Дьяконова? Гала - ее собственная выдумка, молодой даме хотелось ото всех отличаться. В одном из швейцарских санаториев юная Елена без памяти влюбилась в такого же юного Поля Элюара и за несколько лет до революции приехала к нему в Париж.
С тех пор она не бывала в России и мало интересовалась родиной.
В Париже Гала оказалась в наилучшее время - накануне самого восхитительного периода в истории искусства XX века. Воздух был электризован, эротизирован до предела. Гале суждено было стать одной из ключевых фигур на перекрестке искусства и секса. До замужества, то есть до двадцати трех лет, она сохранила невинность. Зато потом - отыгралась сполна, словно мстя мужскому миру за то, что ей пришлось так долго ждать. Супружество они понимали, как право иметь любовников. Как настоящий авангардист, Элюар не мог показать, что тяготится любовной свободой, и бежал - к другим женщинам, в другие страны. Но Гала всегда настигала его: уйти от нее было нельзя. Уходить могла только она. Молчаливого согласия своего мужа Поля Элюара она закрутила роман с немецким художником и скульптором Максом Эрнстом. Какое то время Элюар, Эрнст и Гала делили постель на троих. Несмотря на такое либеральное отношение к сексу и любви к мистификации Гала была одной из немногих женщин, которую сюрреалисты принимали всерьез и прислушивались к ее мнению.

Элюар часто фотографировал Галу обнаженной и всем (включая Дали ) демонстрировал снимки. Ей это нравилось: она была прирожденная эксгибиционистка.

После разрыва с Галой эти снимки стали единственным утешением поэта. Любила ли Гала Элюара - не так уж важно. Важно, что он ей не подходил: он стал собой помимо нее, и она ничего не могла поделать.
Эта Галатея хотела сама быть Пигмалионом - ей нужна была мягкая глина. Ни о ком лучше Дали она не могла и мечтать. К 1934 году Гала уже развелась со своим мужем, и Дали мог жениться на ней. Ему больше никто, кроме Галы, не был нужен. Близость с ней переросла у него почти в патологию. В начале 30-х годов он стал подписывать свои картины именем " Гала -Сальвадор Дали ", как будто они были одним человеком; к 40-м такая практика стала обычной. Сначала он думал о ней только как о женщине. Потом как о матери.

Когда эта парочка впервые сбежала вместе, они заперлись в своей комнате в замке Кари-ле-Руэ неподалеку от Марселя и отрезали себя от остального мира. Это бегство продолжалось всю их супружескую жизнь, даже тогда, когда Дали стал скандально знаменитым.

Гала - чьей реакцией на неистовую страстную любовь Дали были, как утверждают, слова: "Мой мальчик, мы никогда не расстанемся" - стала для него не просто удовлетворяющей его страсть любовницей. Когда она в конце концов бросила своего мужа и переехала к Дали в 1930 году, то проявила себя как отличный организатор, деловой менеджер и патронесса. А когда они наконец-то поженились в 1934 году, бывший муж Галы Поль Элюар был одним из свидетелей на брачной церемонии. Женитьба на Гале пробудила в Дали неистощимую фантазию и новую неисчерпаемую энергию. В его творчестве начался плодотворный период. В это время его личный сюрреализм полностью превозобладал над нормами и установками остальной группы и привел к полному разрыву с Бретоном и другими сюрреалистами. Теперь Дали никому не принадлежал и утверждал: "Сюрреализм - се муа" ("Сюрреализм - это я"). Вдобавок к своим исследованиям Дали начал использовать прием двойственного изображения, при котором предметы могли рассматриваться как один или как два объекта. Дали и Гала нехотя покинули Европу, но вскоре удобно устроились в Фридриксбурге, штат Вирджиния, в Хэмтон Мэнор, в доме Карее Кросби, авангардного издателя. Здесь Гала начала вить для Дали уютное гнездышко, реквизировав библиотеку и заказав необходимые для живописи принадлежности из близлежащего города Ричмонда. За ее хлопотами наблюдала и позже вспоминала присутствовавшая там писательница Анаис Нин. Спустя год Дали и Гала переехали с миссис Кросби через Соединенные Штаты в Монтерей, неподалеку от Сан-Франциско, штат Калифорния. Дом в этом городе стал их основным прибежищем, хоть они и жили подолгу в Нью-Йорке, купаясь в роскоши.

О жестокости Галы ходили слухи, и её подтверждал, например, тот факт, что когда во время бомбежек и голода в Париже Сесиль продала несколько оставшихся у нее на хранении картин Дали, Гала впоследствии устроила ужасный скандал, вылившийся в их окончательный разрыв. Дали рисует свою жену очень часто, благодаря ему она становится едва ли не самой известной моделью века, а ее тело не менее знаменито, чем тело Венеры Милосской. В самом деле, в облике музы великого художника нет решительно ничего романтического. Иначе как объяснить тот удивительный факт, что он, богатый, знаменитый и к тому же на вид годившийся ей в сыновья( Дали был на 11 лет моложе ее) , вот уже много лет ни на шаг не отпускает ее от себя, словно они сиамские близнецы. В конце 60-х отношения между Дали и Галой стали сходить на нет. И по просьбе Галы Дали купил ей замок, где она много времени проводила в обществе молодых людей. Остаток их совместной жизни представлял собой тлеющие головешки бывшего костра страсти. Гале было уже около 70 лет, но чем больше она старела, тем больше хотела любви. "Сальвадору все равно, у каждого из нас своя жизнь", - убеждала она друзей мужа, затаскивая их в постель. "Я разрешаю Гале иметь столько любовников, сколько ей хочется, - говорил Дали . - Я даже поощряю ее, потому что меня это возбуждает". Молодые любовники Галы нещадно обирали ее. Она им дарила картины Дали, покупала дома, студии, машины. А Дали от одиночества спасали его фаворитки, молодые красивые женщины, от которых ему не нужно было ничего, кроме их красоты. На людях он всегда делал вид, что они любовники. Но он-то знал, что все это всего лишь игра. Женщиной его души, была только Гала.

В 1982 году Гала умерла. Дали в похоронах не участвовал. По свидетельству очевидцев, он вошел в склеп только несколько часов спустя. "Посмотри, я не плачу", - все что он сказал . После смерти Галы жизнь Дали стала серой, все его безумие и сюрреалистические забавы ушли навсегда . Он перестал есть, кричал, плевал в медсестер, царапал им ногтями лица. Говорил с трудом, то и дело захлебываясь в рыданиях. Мог часами нечленораздельно мычать. То что потерял Дали с уходом Галы , было известно только ему. В одиночестве бродил по комнатам их дома, бормотал бессвязные фразы о счастье и о том, какая Гала была красивая. Он ничего не рисовал, а только часами сидел в столовой , где были закрыты все ставни.
Ради Галы Дали совершил подвиг. Он нарушил закон, изданный в 1940-х годах во время эпидемии чумы и запрещавший перевозить тела умерших без разрешения местных властей. Покойную завернули в одеяло и посадили, как живую, на заднее сиденье кадиллака, рядом с сестрой милосердия. За рулем автомобиля был верный помощник шофер Артуро. Договорились: если машину остановит полиция, они скажут, что Гала умерла по дороге в клинику. Через час с небольшим добрались до Пера. Там уже все было готово к погребению. В торце склепа маячили в неверном свете гипсовые лошадиные головы, человеческий торс и скульптура жирафа. Перед ними — две могилы. Вторая предназначалась для самого художника. Забальзамированное тело Галы положили в гроб с прозрачной крышкой и 11 июня в шесть часов вечера похоронили. На погребении 78-летний Дали присутствовать отказался.

Когда в 1964 году Гале исполнилось семьдесят лет. Она красила волосы, иногда уже надевала парик и подумывала о пластической операции. Но чем больше она старела, тем больше хотела любви. Она пыталась соблазнить любого, кто попадался ей на пути. "Сальвадору все равно, у каждого из нас своя жизнь", - убеждала она друзей мужа, затаскивая их в постель. Даже рыбаки в Кадакесе сторонились ее. " И все-таки Гала остается загадкой. В многочисленных интервью, которые она дала за полвека, о своих отношениях с Дали она упорно не рассказывала. Все ее письма к Элюару бывший муж уничтожил, попросив ее сделать то же самое со своими, чтобы "лишить любопытных потомков заглянуть в их интимную жизнь". Правда, Гала, по утверждению художника, оставила автобиографию, над которой работала 4 года. Гала вела дневник на русском языке. Где сейчас эти бесценные документы — неизвестно. Возможно, художественный мир ждут новые находки и новые открытия

Arun